Salonendi.ru

Женский журнал "Леди"
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Равенство в семье: от деклараций — к реальности

Равноправие в отношениях

Понравилась статья? Поделитесь с друзьями:

Равенство в семье: от деклараций — к реальности

Революция в представлениях россиян о распределении семейных ролей уже произошла. Теперь дело — за изменением реального поведения, а оно пока во многом остаётся традиционным.

Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) представляет данные исследования, приуроченного к Международному женскому дню.

И в теории, и на практике россияне выступают за равноправие в семье: 82% от числа всех опрошенных считают, что так должно быть, 72% среди женатых/проживающих вместе/встречающихся заявляют, что на практике принимают все решения совместно (с 2009 г. – 34% — эта цифра выросла вдвое). Те, кто все же ставят во главу угла одного человека из семейной пары, чаще называют главой семьи мужчину (16% говорят, что так должно быть, 21% — что в их отношениях так и происходит), чем женщину (1% и 6% соответственно).

Номинально равенство в семейных обязанностях декларируется практически по всем направлениям, что во многом реализуется на практике. Прежде всего, представители семейных пар говорят о совместной организации досуга (индекс гендерного равенства* составляет 86 п.), покупке продуктов (84 п.) и подарков для друзей (85 п.), а также занятий с детьми (72 п.) и др.

К чисто женским обязанностям сегодня относят (считают нормой) только стирку белья, к мужским – мелкий ремонт (по своему опыту в семейных парах стиркой преимущественно занимаются 72% женщин, ремонтом – 67% мужчин). При этом часть функций еще распределяется довольно традиционно: не только стирка, но и глажка, готовка, уборка – женские дела, признаются семейные пары. Однако в последние годы отмечается положительная динамика по ответу «делаем совместно».

Материальное обеспечение семьи большинство (61%) осуществляет сообща (индекс равен 80 п.), равно как и управление бюджетом (59% и 79 п. соответственно). Мужчины в среднем считают, что женщина должна вносить в общий бюджет треть (32%), женщины называют среднюю цифру 43%. Мужчины, находящиеся в отношениях (женатые/проживающие вместе/встречающиеся), говорят что вносят в общую копилку около 75%, женщины – 44%.

Данные опроса комментирует аналитик ВЦИОМ Иван Леконцев: «Наибольшее гендерное равенство в российских семьях наблюдается по одному из самых острых вопросов – финансовому. Мужчины и женщины теперь совместно зарабатывают деньги, совместно планируют семейные расходы и считают, что так и должно быть. Прежний стереотип, что муж должен полностью обеспечивать семью, необратимо разрушен. Хотя пока мужчины продолжают утверждать, что их вклад в семейный бюджет больше 50%, и в основном женщины с ними согласны. Но есть области, где практика отстает от представлений о должном: так, «идеальный», по представлениям россиян, уровень равноправия пока не достигнут в области воспитания детей, оплаты счетов, глажки вещей. В большом количестве семей эти обязанности по-прежнему ложатся только на женщин. Полное равноправие скорее всего недостижимо. Однако пока представления россиян о необходимости гендерного равноправия несомненно обгоняют практику, а значит, практика неизбежно будет меняться».

Как Вы думаете, главой семьи/пары ДОЛЖЕН БЫТЬ МУЖЧИНА, ДОЛЖНА БЫТЬ ЖЕНЩИНА ИЛИ И МУЖЧИНА, И ЖЕНЩИНА ДОЛЖНЫ СОВМЕСТНО принимать основные решения? (закрытый вопрос, один ответ, %)

Все опро-
шен-
ные

Муж-
чины

Жен-
щины

Холост (не замужем) и не состою в отношениях

Женат (заму-
жем)

Живем вместе, но официально не состоим в браке

Встречаемся, живем порознь, официально не состоим в браке

Живем порознь, но не разве-
дены

Разведен (разве-
дена)

Вдовец (вдова)

Главой семьи/пары является мужчина, он принимает основные решения

М = Ж, или равноправие по-шведски

Швеция строит гендерное равенство. Что это значит на практике, и кто такой “латте-папа” – в рамках совместного проекта Colta.ru и официального сайта Швеции, ответы на эти и другие вопросы ищет Ольга Добровидова.

Фото: Сесилия Ларссон Лантц/imagebank.sweden.se

М = Ж, или равноправие по-шведски

Швеция строит гендерное равенство. Что это значит на практике, и кто такой “латте-папа” – в рамках совместного проекта Colta.ru и официального сайта Швеции, ответы на эти и другие вопросы ищет Ольга Добровидова.

Один из шведских профсоюзов недавно запустил пробную «горячую линию» для тех, кто хочет пожаловаться на менсплейнинг (mansplaining). Это слово журналистка Ребекка Солнит придумала для описания феномена, с которым сталкивалась, наверное, каждая женщина, достигшая хоть каких-нибудь успехов в чем-нибудь: мужчина снисходительно объясняет ей что-то элементарное (или вообще что-то о ее чувствах, мыслях и жизни). Не спрашивая и заранее предполагая, что без его помощи никак не обойтись.

Десятки и сотни примеров менсплейнинга можно найти на просторах сети, о нем даже бывают отдельные блоги. Программистке, она же профессор Университета штата Мэриленд, случайный доброжелатель в Твиттере советует выучить Java и подмигивает. Студенты-парни объясняют преподавательнице creative writing сюжет и тему ее же произведения. И, конечно, мужчины рассказывают феминисткам, как правильно быть феминистками, без этого никуда.

Так что, естественно, и в фейсбук шведского профсоюза, и на саму его «горячую линию» тут же пришли мужчины, которые стали объяснять, почему таким способом феминистки слона не продадут, то есть гендерного равенства не добьются.

Может показаться, что других проблем, кроме менсплейнинга, у шведского феминизма не осталось. В гендерном рейтинге Всемирного экономического форума Швеция стартовала с первого места, а последние семь лет стабильно уступает только скандинавским соседям. Женщины занимают 40% высоких постов в советах директоров и 46% кресел в парламенте, при том, что никаких обязательных квот в стране нет, а это добровольные действия политических партий. С 2005 года в стране есть небольшая, но популярная феминистская партия, которая в 2014-м даже впервые в истории отправила депутата Сораю Пост в Европарламент.

В общем, пока журнал Time предлагал читателям запретить слово на букву Ф, а в рунете до сих пор встречаются заголовки вида «Феминистка: кто это и нужно ли это женщинам?» — шведские министры, среди которых женщин больше половины, сами провозгласили себя первым в мире феминистским правительством. Зачем?

Фото: Сюзанн Вальстрём, Ульф Лундин, Анн-Софи Розенквист/imagebank.sweden.se

Равнение на равенство

Самоочевидная истина, из которой исходят в Швеции и других прогрессивных странах, — что женщины и мужчины равны. Что по умолчанию они в одинаковой степени способны готовить пищу, летать в космос, руководить страной, работать в шахте, писать книги или убирать в доме.

Феминистки часто используют для иллюстрации этого принципа такую шутку: как понять, для кого игрушка — для мальчиков или для девочек? Нужно определить, играют ли в нее первичными половыми признаками. Если да, то это какая-то совсем не детская игрушка. Если нет, то она подойдет и тем и другим.

Нет никаких естественных причин, по которым именно девочкам и женщинам розовый цвет нравился бы больше голубого, кулинария и танцы — больше шахмат и физики, а непрестижная и не очень хорошо оплачиваемая работа — больше поста гендиректора. Любого, кто точно знает, что Природа что-то подобное задумала про женщин и мужчин, я прошу немедленно, сейчас же поделиться прямыми контактами Природы со всеми академиями наук мира.

Люди выстраивают гендер — социальный пол, образы, в которые они пытаются в итоге «вылепить» новорожденных мальчиков и девочек. Это те самые представления о мужественности и женственности, что просвечивают в анекдотах про женщин за рулем, в снисходительном отношении к женскому спорту, в традиционных поздравлениях с Восьмым марта, в которых всегда желают «оставаться такими же красивыми» (если вам любопытно, как на такие поздравления могут отреагировать, вот хорошая заметка в Washington Post).

То, что все это «самоочевидно», тоже, конечно, спорно. В американской Декларации независимости написано: самоочевидно, что all men are created equal, и есть люди, которые небезосновательно полагают, что авторы текста действительно не имели в виду женщин и детей. На практике все было так, что в 1848 году в декларации Сенека-Фоллз написано уже прямым текстом: все мужчины и женщины созданы равными. Но эти два слова в прессе того времени называли ересью, пародией на Декларацию независимости и «самым неестественным событием в истории женственности».

Страна победившего феминизма

В Швеции такое, конечно, трудно себе представить. Опрос Yougov в 2016 году показал, что 27% шведов всегда называют себя феминистами, а 23% делают это в определенных ситуациях. В целом гендерное равенство, согласно исследованию Ipsos, поддерживают 68% жителей в стране. По данным другого опроса Yougov, Швеция оказалась самой прогрессивной в этом смысле из 27 стран, опередив соседей по Скандинавии, Великобританию и США.

Читать еще:  Скучно в отношениях

В том же 1848 году, когда американки только писали о равенстве мужчин и женщин, 23-летняя жительница Стокгольма Софи Сагер обвинила в нападении и попытке изнасилования мужчину, у которого снимала жилье. Девушка не только пошла в полицию, но и сама представляла себя в суде — и выиграла, несмотря на осмеивание и обвинения ее в безумии.

Именно Сагер приписывают слова о том, что хотя в ее время эмансипация еще не могла быть популярной идеей в Швеции, однажды она такой обязательно станет. Теперь, когда запускали знаменитый «шведский телефонный номер», по которому каждый в мире может дозвониться до случайного жителя страны, феминизм организаторы предлагали в качестве одной из трех идей для разговора с любым шведом — вместе с фрикадельками и зимней темнотой.

Гендерное равенство завладело не только политикой, но и культурой. Шведская суперзвезда Робин говорила о феминизме еще до того, как это стало модным в поп-музыке, а несколько шведских кинотеатров в 2013 году ввело отдельный рейтинг для фильмов, оценивающий, как в них изображены женщины, — и эту идею поддержал Национальный институт кинематографии. Самую высокую оценку получают фильмы, проходящие так называемый тест Бехдель: в фильме есть хотя бы два полноценных женских персонажа, которые говорят друг с другом о чем­-то, кроме мужчин. Невысокая планка, казалось бы, но вы удивитесь, как много фильмов не справляется даже с ней.

Еще повседневный феминизм — это, например, когда шведские журналисты безуспешно ищут женщин в учебниках по истории. Их всего 13% от всех людей, упоминаемых в школьной программе по этому предмету, и сами историки этим не слишком довольны. Гендерно нейтральное местоимение hen, которое все чаще используют вместо «он» или «она» (хотя нравится неологизм далеко не всем), в шведском языке появилось еще в 1960-е, но в словарь наконец попало в 2015 году. И даже в порнографию шведки пытаются привнести феминистские принципы.

Естественно, гендерное равенство — это не только про тексты или кино. Скажем, оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком составляет в Швеции до 480 дней, причем делится он между обоими родителями по их желанию — когда-то это было неслыханной для 1974 года инновацией. Из них по 90 дней за каждым закреплено жестко: если отец или мать их не используют, они «сгорают». В 2018 году шведские отцы использовали 29,3% от общего отпуска. И хотя сейчас ровно пополам его делят только 15% пар, к 2035 году ситуация может сравняться полностью. Пока иностранные журналисты, по слухам, все еще спрашивают у прохожих, откуда в Швеции столько «нянь-мужчин», появился даже забавный хипстерский стереотип lattepappa, «латте-папа» — молодой отец, который проводит дни в «декрете» на прогулках с ребенком в компании других таких же отцов где-нибудь за чашкой кофе.

Официальных гендерных квот на рынке труда, конечно, нет, но многие организации уже понимают важность разнообразия в советах директоров и вообще на всех уровнях управления. Для тех, кто пока сам не справляется, есть проекты вроде Equalisters. Они помогают искать высококлассных «экспертов, лекторов, диджеев, пилотов вертолетов или клоунов, то есть кого угодно» женского пола — чтобы, скажем, на дискуссиях по какой-то теме раз за разом не сидели одни и те же пять мужиков, а в телепередачах не мелькали одни и те же лица. С 2010 года к Equalisters, начинавшегося с группы на Фейсбуке, присоединилось более 100 000 человек.

Еще одна хорошо известная история из гендерной политики в Швеции — так называемая шведская модель борьбы с проституцией. С 1999 года в стране незаконно покупать сексуальные услуги. Проституция считается эксплуатацией и формой гендерного насилия, с которыми нужно бороться у их истоков — ровно там, где спрос создает предложение. То есть по этой модели виноват клиент. В 2014 году 72% шведов поддерживали такой подход, и вот результат: по официальным данным, за время действия закона уличная проституция в Швеции сократилась вдвое, доля мужчин, покупавших сексуальные услуги, упала почти на треть, до 8%. И пускай не все работает безупречно — потому что, хотя действия самих проституток не криминальны, им все равно приходится сталкиваться со стигматизацией. Но альтернатива, то есть легализация проституции, как это сделано в Нидерландах или Германии, по-видимому, неизбежно приводит к росту траффикинга — так что на самом деле это никакая не альтернатива. Поэтому с 2009 года аналогичное законодательство действует в Исландии и Норвегии, а в 2016 году за переход к шведской модели проголосовал французский парламент.

«Нордический парадокс» и другие тревоги

Кого-то почти десять лет в лидерах гендерного рейтинга (четвертое место из 130 с лишним) могли бы и успокоить, но не шведов. В 2014 году правительство поручило комиссии под руководством Сесилии Шелин-Сейдегерд разобраться, каких успехов страна достигла за последние 10 лет и какие проблемы еще нужно решить.

Ее официальный вывод — шведскому правительству (да и всей стране) пора «снова надеть майку лидера» в гендерном равенстве, потому что расти еще есть куда. Например, неравенство зарплат мужчин и женщин в Швеции все еще сохраняется. Да, по меркам всего остального мира оно сжалось до копеечного уровня, но при прочих равных условиях (то есть с поправкой на разные сектора экономики, частичную занятость и так далее) шведка все равно получает 89,3% от зарплаты своего соотечественника.

Проблема не только в том, что за 40 лет работы так набегает 3,6 миллиона крон ничем не обоснованного разрыва (примерно 392 тысячи долларов), но и в том, что, по словам Шелин-Сейдегерд, этот показатель мало изменился с середины 1990-х. А неравные зарплаты приводят к неравным пенсиям, то есть повышают для женщин риск бедности в старости.

Рынок труда в Швеции все еще сильно сегрегирован: женщины работают в основном в государственном секторе и часто неполный рабочий день. Кроме того, хотя женщины работают столько же часов в день, сколько и мужчины, но основная часть домашней работы — ведение хозяйства, уход за детьми и так далее — все равно падает на них. А за это никто не платит, поэтому в среднем в будни шведская женщина все равно работает бесплатно на час больше мужчины.

Наконец, Швеции касается и так называемый нордический парадокс: в ней, как и в Дании и Финляндии, неожиданно высок уровень насилия в отношении женщин, выше среднеевропейского. Отчасти это может объясняться и тем, что в более равноправном обществе женщины чаще заявляют о пережитом насилии в полицию. Не исключено, что дело в том, как по-разному ведется статистика в разных странах. Но это лишь частичное объяснение, пока этот вопрос изучен довольно плохо. Шведское правительство признает проблему и пытается с ней бороться: в ноябре 2016 года оно представило новую десятилетнюю стратегию, подкрепленную 900 миллионами крон финансирования.

Когда-то шведских детей и их родителей прикладному равноправию учила главная рыжеволосая феминистка мира Пеппи Длинныйчулок — аккуратно, невзначай, как бы между делом. Сегодня разговор с молодым поколением тоже ведут с помощью книг. Нигерийская писательница Чимаманда Нгози Адичи в 2012 году выступила со своей знаменитой TED-лекцией «We Should All Be Feminists» — «Мы все должны быть феминистами (и феминистками)». Затем эту лекцию выпустили в виде небольшой книжки-эссе. И с конца 2015 года шведское правительство вместе с несколькими общественными организациями бесплатно раздает ее перевод на шведский всем 16-летним школьникам и школьницам в стране.

Издержки равноправия, или чего хотят женщины?

8 марта – хороший повод порассуждать о равноправии полов: именно эта тема, как известно, послужила предпосылкой самого праздника. Однако на практике в этот день женщинам, напротив, принято угождать и радовать их малодоступными «в мирное время» «ништяками», что, в определенном смысле, противоречит изначальной идее. Если уж на то пошло, отталкиваясь от сути, это женщинам надо позволять 8 марта открывать перед мужчинами двери, пропускать их вперед, уступать им места в общественном транспорте, помогать донести тяжелые сумки и дарить цветы – но все происходит ровно наоборот.

Читать еще:  Не хочет отношений но продолжает общаться

Так что же тогда означает и сам праздник, и его основополагающая идея, например, для феминисток?

Конфетно-букетный вариант

«Для меня 8 марта – символ того, что в один прекрасный день в двух разных странах женщины вышли на демонстрации и заявили о равноправии, – заявила «МИР 24» писательница, правозащитница, феминистка Мария Арбатова. – Другой вопрос, как это требование в разных странах «надевается» на местный менталитет. Где-то продолжают ходить с лозунгами, где-то делают какие-то флешмобы. В мире равноправие дозируется абсолютно по-разному: в какой-нибудь Швеции эти проблемы уже решены, а в Африке счастье – это избавить собственную дочь от женского обрезания».

В России равноправие заявлено в Конституции, но, тем не менее, по факту, его нет ни в финансовом, ни в юридическом (законодательном) смысле, считает Арбатова. А праздник переведён в конфетно-букетный вариант.

«В целом, я довольно равнодушна к тому, сколько мимоз мне принесут муж и сыновья, для меня не это знаково. Когда не очень холодно, я с удовольствием хожу на какие-то акции, которые устраивает более юное феминистское поколение. Но в целом, это очень важное мероприятие. Не надо забывать, что наши российские «равноправки» (тогда они еще не называли себя феминистками) – великая Александра Колонтай, Инесса Арманд и Елена Стасова – обеспечили нас, женщин, очень даже неплохим законодательством в области права на аборты и в области декрета. У нас любят очень неграмотно говорить о том, чего добились американские женщины, но, на самом деле, с точки зрения защиты своих прав на аборты и декрет, они находятся на 85-м месте в мире. Об этом все забывают, как и о том, что Америка не ратифицировала Конвенцию защиты от всех форм дискриминации прав женщин. Поэтому для меня 8 марта – это очередной шаг в сторону равноправия, и я радуюсь, когда это равноправие снабжено ещё цветами и конфетами», – говорит Мария Арбатова.

Раскошелиться за мужика

Тем не менее, если уж развивать тему равноправия, неизбежно возникает дилемма финансового характера: кто должен платить в кафе, в ресторанах, в поездках, оплачивать досуг и т.д.?

По умолчанию, принято считать, что мужчина. В противном случае в глазах большинства женщин он утрачивает статус такового, переходя в разряд бесполых подружек. Все-таки, согласно не только распространенному поверью, но и статистике (и об этом прямо говорит Мария Арбатова), возможностей у среднестатистического мужчины, в том числе, и в плане заработка, больше. Следовательно, если он не в состоянии ими воспользоваться и распорядиться, возникают дополнительные вопросы относительно его адекватности, дееспособности и «профпригодности» в качестве будущего отца семейства.

Или, как вариант, зарабатывает кавалер прилично, но не хочет тратиться на данную конкретную женщину, как бы подчеркивая тем самым ее невысокую значимость. Тогда с какого, спрашивается, перепугу он рассчитывает на обратную связь, возмущаются обычно «потерпевшие».

Конечно, ситуации бывают разные: зарплаты в отраслях, увы, работники себе не устанавливают, а олигархами, к сожалению, становятся отнюдь не все желающие. Еще есть и молодые специалисты, и отцы-одиночки, и прочие граждане, обремененные разными долгами и обязательствами, в том числе, перед пожилыми родственниками. И все эти обстоятельства адекватные женщины, конечно же, учитывают, отдавая в этом случае предпочтение личностным качествам своих избранников.

Но встречается и неверно истолкованное мужчинами «равноправие», когда себя они считают призом, за который женщины должны доплачивать априори. «Тебе же секс и отношения нужны не меньше? Тогда все траты поровну», – говорят они. И это в лучшем случае. Есть, как известно, и любители плотно осесть на бабьем горбу.

Однако здесь есть один немаловажный нюанс. Если рассматривать право пахать наравне с мужиком и платить за себя (а то и за него) в общепите и вообще по жизни как некую привилегию, даруемую равноправием, тогда пусть и мужики себя этих привилегий не лишают – например, сами себе рожают, утверждают сторонницы этой точки зрения.

Но коль скоро природой устроено, как в том анекдоте – «нет ручек, нет и варенья», выбор у мужиков невелик: или признать очевидное биологическое преимущество «соперниц», требующее вложений, или остаться без наследников.

На это иногда возражают: эксклюзивные видовые преимущества есть и у мужиков, например, сила. Но даже если учесть, что физически силы неравны, женщины и тут находятся в более выигрышном положении. Теоретически, собравшись в кучу, они смогли бы убить в целях собственного прокорма пресловутого мамонта, и в этом смысле эксклюзивная роль мужчины как добытчика не очевидна. Да и образ «мужчины-завоевателя» величественен и грозен лишь до тех пор, пока этот завоеватель не столкнется с толпой разгневанных баб.

Так что все, что женщина не в силах сделать одна, она спокойно провернет в сговоре со своими подружайками, соратницами и подельницами. А вот мужики никого не родят физически ни втроем, ни вдесятером: для продолжения рода им необходимы женщины, хотят они того или нет. Следовательно, любая самка фертильного возраста с биологической точки зрения – «приз» в гораздо большей степени, и ни о каком равноправии здесь речи идти не может, поясняют поклонницы этой концепции.

Конечно, потребность в этом смысле взаимна: хотя овечка Долли уже не только родилась, но и умерла, без мужиков не смогут размножаться и женщины. Другой вопрос, что вложения сторон в этот процесс сильно неравноценны. И если, следуя этой концепции, мужик не хочет завоевывать «приз» и раскошеливаться, значит, он «порченый мамкин инфантил», уверены многочисленные сторонницы этой теории. А жизнь, как говорила Фаина Раневская, слишком коротка, чтобы тратить ее на диеты, плохое настроение и жадных мужчин.

Золотая середина

При этом, что любопытно, есть девушки, которые себя феминистками не считают, но мысли озвучивают очень схожие. Как рассказала обозревателю «МИР 24» топ-менеджер одной из компаний Мария, лично она позволит за себя платить далеко не каждому самцу.

«Если я по-дружески общаюсь с каким-нибудь старым приятелем, человек мне симпатичен или нейтрален, а мой кофе или то, что я заказала, не сильно обременяет его карман, то пусть платит. Если же он делает какие-то намеки, которые мне неприятны, я в состоянии заплатить за себя и самостоятельно. А если инициатором встречи была я, причем пригласила человека в заведение, которое ему не по карману, то могу и угостить», – поясняет собеседница «МИР 24».

То же самое, по ее словам, актуально и для прочих аналогичных случаев. Платит инициатор встречи, выбравший слишком дорогой для собеседника ресторан и настоявший именно на этом месте, безотносительно того, женщина это или мужчина.

На дружеских встречах Мария ориентируется еще и на менталитет собеседника: некоторые могут воспринять попытку заплатить со стороны женщины, как личное оскорбление. «Или можно заранее договориться, кто платит на этот раз», – поясняет она.

Но в целом, по словам Марии, никто никому не обязан. «Это его право, предложить оплатить мой кофе, а я выберу, позволить ему это или нет. А если человек – небогатый, но интересный, и я хорошо провела время в кафе, то оплачу общий счет, не считая, что он чем-то мне обязан. Идея заплатить за мужчину меня вообще не коробит, иначе получается, что посуду мы мыть не хотим, готовить не хотим, а от мужиков требуем того же функционала, что при домострое. Но при этом не прочь повесить на них и наш собственный функционал времен домостроя, а потом внезапно обнаруживаем, что настоящих мужиков почему-то не осталось», – считает она.

Стоит отдать должное и мужикам: они тоже хотят «проститутку в постели, кухарку на кухне, нянечку с детьми и модель на приеме». «И если раньше список на этом заканчивался, то сейчас они радостно дополняют его еще и требованием о зарплате и наличии собственного жилья. Простите, но с таким обоюдным подходом можно остаться с единственной радостью – онанизмом, и никакого секса не будет вообще», – говорит Мария.

Вывод: роли в гендерных отношениях по согласованию сторон могут меняться. И если речь не о коротком взаимодействии, типа «кто платит за кофе», а о долгой жизненной ситуации, разделиться «мальчикам налево, девочкам направо» не получится. Точнее, договориться-то можно, но жизнь будет вносить свои коррективы. Если тупо следовать изначальным договоренностям, всем быстро наскучит такое общежитие, полагает собеседница «МИР 24».

Читать еще:  Роль мужчины в отношениях

При этом феминисткой Мария себя если и признает, то частично. «Меня не обижает и не оскорбляет, когда мужчина, как биологически более сильная особь, или как человек, воспитанный определенным образом, помогает мне поднять что-то тяжелое, придерживает дверь, подает мне пальто, предлагает оплатить счет или помогает залить масло в машину. Но меня также не тронет, если он без моей просьбы этого не сделает и не предложит. При этом я с детства считала, что призывы к обществу изменить отношение к женщинам – это уже своего рода неравноправие, поскольку выделяют некую группу по половому признаку. С другой стороны, учитывая, что мы эмоциональнее мужиков, природа поступила правильно, сделав нас физически слабее – иначе мы просто их переубивали бы», – подытожила она.

Андрей Стрельников: Наши женщины хотят равноправия, но при это оставаться слабым полом

Зарплаты женщин в нашей стране на 26 процентов ниже, чем у мужчин. Об этом вице-премьер правительства РФ Ольга Голодец недавно заявила на заседании координационного совета при правительстве РФ по реализации национальной стратегии.

И снова (уже в который раз за историю человечества) все женщины громко закричали о равноправии полов. Пора, дескать, прекратить неравенство. Пора наконец, как на цивилизованном Западе, законодательно ввести квоты на представительство женщин среди чиновников и руководителей, подобные тем, что существуют в Финляндии, Голландии, Норвегии, Франции, Италии и Бельгии. И тогда наступит полное, а главное, справедливое равенство между полами.

Ой, наступит ли… Рискуя навлечь на себя праведный гнев феминисток и им сочувствующих, предположу, что равноправие в данном случае невозможно.

Наши женщины хотят делить с мужчинами права, но не обязанности

Причина первая — равноправие женщин и мужчин в России невозможно из-за… вас, дорогие женщины. Вы надели брюки и выступаете за равные права с мужиками, но забываете о том, что права – это еще и обязанности. Перевожу на русский: наши женщины хотят равноправия, но при этом оставаться слабым полом. Чтобы им, как и прежде, — они же девочки — уступали место в транспорте, платили за них в ресторане, всячески оберегали от тяжелой работы. Чтобы «папочка» пылинки сдувал со своей «дочечки», исполняя все ее капризы и прихоти, терпя всё, что она делает. Но при этом чтобы были «все равны». Так не бывает!

На самом деле большинство нормальных мужчин реально за равенство полов. Потому что (тут я открою секрет) большинство мужчин не хочет иметь возле себя слабую женщину. Потому что сильный человек — это человек, который может сам решать возникающие в его жизни вопросы. Надо ему — сходит в ЖЭК и договорится с сантехником. Надо — найдёт, чем занять субботний вечер. Надо ему денег — или заработает, или найдет их другим способом. Сделает неправильно — без истерик переделает… Ну и всё в таком духе.

Слабый человек — наоборот. В ЖЭК сходить надо, но «я их боюсь». Вечер занять надо, но «я не знаю, чем заняться». Денег надо, но «стыдно просить». И так далее, в таком же русле. Очевидно, что сильный человек — это человек в первую очередь самостоятельный. А слабый человек — тот, который падает без опоры на кого-то. Наши женщины хотят быть несамостоятельными, но равными с мужчинами. Это как так?

Прикол состоит в том, что мужчина рядом с такой женщиной живёт минимум полторы жизни. Свою — и её. Например, отвозит в техобслуживание не только свою машину, но и её. Идёт за справками к чиновнику не только для себя, но и для неё. И так постоянно! Нет, не вопрос помочь своей женщине. Мужчина и есть мужчина — он решает проблемы. Вопрос в том, что за эту помощь мужчина платит отказом от собственной жизни. О каком равенстве в данном случае речь?

Мужчине на самом деле нужна сильная женщина, которая поддержит в трудную минуту. Не властная — нет, властных мы, мужики, не любим, — а именно сильная. В этом случае можно говорить о равенстве. Вот простая бытовая ситуация — мужчина заболел. Не гриппом там или простудой. А серьёзно заболел, на полгода. Как рядом с ним будет вести себя слабая женщина, которая может только слюни в «Фейсбуке» пускать? Догадаться несложно. А сильная своей действенной помощью (найти нужного специалиста, необходимое дефицитное лекарство и т. д.) поднимет мужчину на ноги. Сильная женщина в союзе с сильным мужчиной — это естественные союзники. Если мужчина и женщина будут союзниками, отсюда и равноправие! Само! Без митингов и демонстраций.

Благодаря поведению большинства нынешних женщин — причем это идет не от вредности, а от воспитания: «Ты же девочка, ты же слабая» — равноправие полов в данном случае возникнет лет через сто. А может, через двести. Или никогда. Потому что в паре «сильный мужчина — слабая женщина» нет союзничества. Есть только отношения «донор — реципиент», впрочем, как и в паре «сильная женщина — слабый мужчина». Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Женщины тратят на потомство больше энергии, чем мужчины, при чём не в разы, а на порядки

Причина вторая, из-за которой равноправие полов невозможно. Спешу огорчить феминисток: мужчины и женщины, мягко говоря, слегка отличаются друг от друга физиологически. Наличие разных хромосом, скажем так, чуть-чуть влияет на организм. Понятно, что указанные различия не фатальны. Они никак не сказываются на интеллекте — и у дам, и у мужиков он одинаковый. И с логикой у женщин (не ругайте меня, мужики, но это честно) всё в порядке. Мужчины и женщины одинаково умело могут решать логические задачи, если потребуется. Но у женщины есть цикличность в физиологии, а у мужчин — нет. И неравенство здесь тотальное! И разговоры, что это не так, — в пользу бедных.

Кроме того, женщины тратят очень много энергии на потомство. Расхождения у мужчин и женщин в затратах на потомство — колоссальные, не в разы, а на порядки. На множество порядков тратит женщина на потомство в сравнении с мужчиной. И жить активной социальной жизнью у многих энергии просто не остается. И времени не остается. Отсюда и необходимость выбора — семья или работа. Отсюда и выбор более легкой работы, за которую и платят меньше (к разговору о меньших зарплатах). И здесь равенства быть не может в принципе — ровно до тех пор, пока мужчина не окажется способным выносить и выкормить ребенка. Поэтому женщина реже, чем мужчина, добивается успеха в делах, требующих полной отдачи. Она не может отдать всё — дети же. А мужик может.

Вместо равноправия получаем дискриминацию. мужчин?

И наконец, третья причина, почему равноправие полов невозможно. Это начинающаяся в европейских странах тенденция к введению квот. Квот, которые якобы предоставляют равные возможности для мужчин и женщин. Но только якобы. Разрешение учиться в университете не только мужчинам, но и женщинам, — это равные возможности. Женщина может работать на любой работе, мужчина тоже — это равные возможности. Тем более что теоретически сегодня нет таких профессий и занятий, которые бы были недоступны женщине.

А вот мыть посуду, готовить, стирать, забивать гвозди и ремонтировать кран — это не мужские обязанности и не женские. Это обязанности домашние. И каждая пара решает индивидуально, как эти обязанности распределить. Здесь тоже у обоих равные возможности. Но вот норма, когда, скажем, среди будущих аспирантов должно быть не меньше 50 процентов женщин или среди руководителей госпредприятий не более 60 процентов мужчин, — это уже за гранью адекватности. Потому что в данном случае вместо равноправия мы получаем дискриминацию. Только уже в другую сторону. Дискриминацию мужчин. Ведь получается, что будь я хоть ста пядей во лбу, но если я мужчина, а квоту нужно заполнить женщинами, работодатель обязан принять на мое место представительницу слабого пола. Получается, утрись, Андрей Алексеевич, и отойди. Неравное получается равноправие…

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector